Руководствуясь резолюцией Святейшего Патриарха, комиссия составила чинопоследование, в основу которого положена евангельская мысль о том, что умножение беззаконий является следствием общего оскудения любви (ср. Мф. 24:12). А стало быть, в отчаянии, приводящем человека к добровольному уходу из жизни, повинны не только внешние обстоятельства жизни или его собственное маловерие, но и все мы, не оказавшие ему как страждущему члену Церкви должной христианской любви.

Хотя чинопоследование совершенно соответствует православному критерию – не поминать самоубийцу церковно (в молитве этого чинопоследования про самоубийцу не упоминается), тем не менее, мне кажется, авторы все же сумели пройти между Сциллой и Харибдой. Сциллой канонических предписаний и Харибдой христианской любви и милосердия даже к самым заблудшим.
Каким образом им это удалось? Они объединили самоубийцу и его сродников воедино. Все несут ответственность. Первый - несчастный самоубийца - тем, что самовольным уходом из жизни бросил вызов Богу; вторые - его сродники - тем, что не оказались рядом, не помогли, не обратили внимание на то, что человеку плохо.
Все нуждаются в милосердии Божием. И все объединяются воедино словами молитв.
А насчет вопроса: повлияет ли такое моление на посмертную судьбу самоубийцы?.. Один Бог это знает. Но то, что люди пришли и молились о любимом человеке, разве может быть отвержено Богом, или проигнорировано?.. Не потому молились, что так предписано (как после смерти Л.И. Брежнева по всем храмам был разослан циркуляр поминать новопреставленного р.Б. Леонида), а потому, что любят, что страдают от приключившейся беды и считают эту беду общей (и почившего, и своей).